ИНФОРМЕРЫ
АКТУАЛЬНО

Андрей Хлопянов: «Охраняя экосистему, мы бережем здоровье людей»

13.03.2017

Прочитать материал в журнале "Кавказская здравница - Здоровье", № 1 (5) 2017

Министр природных ресурсов и охраны окружающей среды Ставрополья – о состоянии воды и воздуха в крае, о том, почему важно бороться за каждый гектар земли на Кавминводах, и зачем нужно расширять права общественников

Удручающая тенденция нашего времени – омоложение болезней, традиционно считающихся «возрастными». Инсульт, остеохондроз, гипертония, атеросклероз, артроз все чаще настигают людей, которым едва за тридцать. Медики объясняют это искаженным пониманием, а зачастую и полным отсутствием культуры здоровья у россиян. Усугубляющим фактором называют технопрогресс, который хотя и облегчает нам жизнь, но делает ее непростительно малоподвижной, перенасыщенной информационным мусором, стрессами, вредной пищей. Да, подвержены этому не только молодые, но и старики, перенесшие к тому же несравнимо большие потрясения – войну, экономические, политические пертурбации и другие невзгоды. Но почему старшее поколение, тем не менее, гораздо крепче, выносливее поколения нынешнего?

Задаваясь этим вопросом, наконец, мы вспоминаем об экологии, которая точно так же изменяется под бременем технологического и человеческого воздействия. Вряд ли поспоришь с тем, что раньше она была лучше, ибо испытывала в этих смыслах меньшие нагрузки, потому-то и люди были здоровее. И здесь речь не только о чистоте воды и воздуха, но и о множестве других совокупных факторов, в том числе избытке или недостатке тех или иных веществ, микроорганизмов, флоры, фауны, что тоже может сказаться на человеческом организме. В медицине есть даже понятие - экозависимые заболевания, среди которых как редкие – например, флюороз, стронциевый рахит, так и вполне «обычные» - сердечно-сосудистые, эндокринные, онкологические, болезни легких. Спусковым механизмом для развития этих и многих других недугов, помимо образа жизни и наследственности самого человека, является и непосредственно окружающая его среда, оказывающая комплексное влияние на наше здоровье. Плюс к этому природные катаклизмы, техногенные аварии, уносящие человеческие жизни… Поэтому так важно соблюдать баланс в природе, беречь и охранять ее ресурсы.

Особые акценты в регулировании этих процессов должен расставить 2017-й год, объявленный в России годом экологии. В каком состоянии экосистема нашего края, какие ее сегменты требуют пристального внимания, какую воду мы пьем и каким воздухом дышим, насколько бережно население относится к лесам и рекам и каким образом они охраняются? Обо всем этом читателям журнала «Кавказская здравница, здоровье» рассказывает министр природных ресурсов и охраны окружающей среды Ставрополья Андрей Хлопянов.

Широкий фронт

- Андрей Георгиевич, какие ключевые задачи в год экологии поставлены перед сотрудниками главного краевого природоохранного ведомства? Какое направление работы станет приоритетным?

- У нас нет какой-то одной области, которая может считаться важнее остальных, потому что в эко-пространстве все его составляющие взаимосвязаны теснейшим образом. Часто люди думают, что специалисты минприроды занимаются исключительно вопросами охраны природы в широком смысле – леса, заказников, рек, уберегая их от браконьеров. На самом деле фронт работы министерства гораздо более обширен и многогранен.

Если взять только основные направления, то, в первую очередь, это, конечно, обслуживание федерального лесного фонда, в том числе посадки деревьев, уходные работы, воспроизводство, охранные, противопожарные мероприятия и так далее. Пласт задач здесь просто огромен. Потому что наш регион – малолесный, 70% - это искусственно созданные нашими дедами и прадедами леса, что налагает двойную ответственность за их сохранение.

Второй сегмент – водные ресурсы края. Их состояние не только с точки зрения чистоты, но и потенциальной угрозы безопасности населения, а они время от времени возникают на территории края. Например, я помню 1982, 1986 годы, когда в наших реках повышался уровень воды, но тогда ситуация была не критическая. Когда же грянул 2002 год с разрушающим наводнением в Кочубеевском районе края, в результате чего погибли люди, были уничтожены жилые дома, вопросы берегоукрепления встали не просто остро, а перешли в разряд жизненно необходимых. Сегодня эта работа, в том числе строительство и капремонт гидротехнических сооружений, на особенном контроле и к ней предъявляются высокие требования и степень ответственности. А параллельно с этим, мы продолжаем заниматься очисткой русел рек, организацией водоохранных зон, контролем использования водных объектов.

Флора и фауна – это также наши «подопечные». Среди субъектов Федерации наш край одним из первых после выхода соответствующего закона создал охотугодия. Причем распределили их в пропорциях в полном соответствии с законодательством: у нас 26 общедоступных охотничьих хозяйств, где, скажем так, воспроизводством животного мира, созданием условий для охотников и рыболовов занимается государство, и 86 переданы в частные руки на условиях аренды. Наш пример организации работы в этом направлении взят за основу в других регионах страны.

Кстати, мы были среди инициаторов создания региональной Красной книги. И одними из первых эту идею воплотили – она на Ставрополье создана, ежегодно актуализируется по всем направлениям, в первую очередь, что касается основного блока, содержащего сведения о животных (376 видов) и растительном мире (173 вида). Почему это так важно, объясню. Периодически, особенно в охотничьи сезоны, народ начинает возмущаться, мол, чрезмерно ужесточаются правила самой охоты, выдачи разрешения на охоту в том или ином месте, проверки оружия и так далее. А ведь это продиктовано элементарным желанием сохранить животных, особенно из числа редких, краснокнижных. Поэтому, чтобы четко владеть ситуацией, мы взяли за правило четыре раза в год проводить подсчет животных, причем в этом процессе участвует целая «гвардия» - и инспекторский состав, и егеря заказников, и лесники, и добровольцы.

И еще очень важное направление работы министерства – создание особо охраняемых природных территорий (ООПТ). В лихие девяностые недостаточная нормативно-законодательная база не позволяла в полной мере вести режим охраны для наших лесов и других ценных природных ресурсов. Вспомним ситуацию с Русским лесом в Ставрополе. Сейчас много возмущений по поводу того, что там позволяли себе строить, выдавались лесные участки, как же так, ведь это заказник! А первопричина в том, что в те годы почему-то никто не озаботился тем, чтобы описать границы этого леса, соответствующе их оформить. Что и послужило лазейкой для нарушителей, а впоследствии повлекло массу судебных разбирательств…

Сейчас приходится наводить порядок, фактически заново создавать памятники природы и краевые заказники, приводя всю документацию в соответствие с требованиями законодательства.

Титаническая работа

- Это очень актуальная тема, особенно для Кавминвод, где сосредоточены основные природные ресурсы края и где, к большому сожалению, не утихают скандалы по поводу притязаний на запретные зоны. Удалось ли навести порядок в заказниках, расположенных в городах-курортах?

- Я хочу подчеркнуть, что за последние три года проделана титаническая работа – в целом на данный момент территория краевых ООПТ составляет свыше 107 тыс. га, это даже больше, чем общая территория федерального лесного фонда в крае (104 тыс. га). Львиная доля особо охраняемых территорий краевого значения - 40, действительно, находится на Кавминводах, занимая порядка 20 тыс. га. Практически половина этой площади принадлежит крупнейшему заказнику – Бештаугорскому, границы которого официально, наконец-то, закреплены. На это потребовалось несколько лет, но это наша огромная победа.

Мы часто слышим нарекания по поводу Бештаугорского заказника: почему так долго устанавливались его границы? Да потому что они размыты массой населенных пунктов – это и Железноводск, и Лермонтов, и Пятигорск, а к тому же на его территории находится 13 памятников природы. Необходимо было одновременно учесть два очень важных момента – не потерять ни одного гектара уникальных ресурсов, но и не зайти куда-то на неразграниченную землю либо участки, где собственник не установлен. Эта обширная работа заняла 2,5 года… Причем самую весомую часть времени заняли судебные тяжбы, нам пришлось заново отсуживать земельные участки, вводить их в состав заказника. Но сегодня можно сказать с уверенностью о том, что в декабре 2016 года точка в этом тяжелейшем деле поставлена, Бештаугорский заказник создан и имеет конкретные границы. В открытом доступе на сайте Минприроды Ставрополья о нем есть вся необходимая информация.

В прошлом году на КМВ появилась еще одна ООПТ – федерального значения – национальный парк «Кисловодский». Что касается краевых ООПТ, работа также продолжается, в частности, сейчас активно прорабатываем вопросы создания Иргаклинского заказника.

Проблемные «точки»

- Скажите, а где в крае дышится легче всего? Я слышала, что Кавминводы, несмотря на уникальность, богатство природных ресурсов и обилие «зеленых легких», по чистоте воздуха ненамного лучше, скажем, промышленного Невинномысска. Так ли это?

- К сожалению, кристальной чистотой воздуха сегодня похвастаться могут разве что совсем уж территориально удаленные от цивилизации места, глухая глубинка. В районных центрах края, в селах, в степи, там, где пространство хорошо продувается, состояние воды и воздуха отличное, нареканий нет. Но там, где концентрация транспорта и крупного производства высокая, понятно, поводов для оптимизма меньше.

К числу проблемных с этой точки зрения городов в крае относятся, действительно, и города-курорты Кавминвод, где наблюдается интенсивное автотранспортное движение, а значит, воздух испытывает нагрузку в виде выхлопных газов. И Невинномысск, и Буденновск, где сосредоточены серьезные промышленные производства. Эти три «точки» у нас на особом внимании. Знаете, мы даже министерство «поделили» на части – у нас работают восточный отдел в Буденновске, кавминводская группа, плюс - усилен центральный «куст», в зоне ответственности которого краевой центр и близлежащие территории. Сделано это для того, чтобы инспекторский состав находился непосредственно на месте и быстро реагировал на те или иные сигналы и ситуации.

Мониторинг состояния воды и воздуха осуществляется постоянно силами сотрудников стационарной станции. Но нас очень беспокоит сегодня то, что показания эти снимаются лабораториями, которые принадлежат другим ведомствам, предприятиям, оборудование в них по большей части морально устаревшее, подчас искажающее картину. Поэтому задача номер один для края – это приобретение современной мобильной лаборатории. В этом году решение о приобретении такой передвижной лаборатории принято, она позволит нам отслеживать состояние воздуха, воды, грунта в любой территории края очень точно и оперативно.

В целом же на Ставрополье нет сильного загрязнения ни по одному из показателей (воды, воздуха, грунта). Ситуация вполне благополучная - по РФ мы находимся на первых позициях в этом отношении.

- И все же экологи и медики твердят, что именно обилие машин, количество которых растет год от года, одно из самых больших зол современности. Мало того, что из-за них процветает гиподинамия, ощущается дефицит кислорода в воздухе, но еще и нарушается экологическое равновесие. Сама природа, флора и фауна страдает из-за них. Что делать? Повальный переход на электромобили – весьма туманная перспектива…

- Тенденция увеличения автотранспорта и, соответственно, негативного воздействия на окружающую среду, тревожит нас точно так же, как и медиков, и любого рядового жителя, думающего о своем здоровье. За последние десять лет количество автомобилей увеличилось почти вдвое. Никуда от этого не денешься, людям свойственно стремиться к комфорту, в том числе и в плане передвижения.

Переход на электромобили – да, это хорошая альтернатива, хотя и, соглашусь, неблизкая. Но работа в этом направлении идет, в том числе и на Ставрополье. А кроме того, есть и другие варианты решения проблемы. Например, все больше автомобилистов переключаются на использование газообразного топлива, более экологичного, чем бензин. На улицах уже практически не увидишь «динозавров» отечественного автопрома, все чаще встречаются более современные автомашины, эксплуатация которых в силу технических характеристик меньше вредит окружающей среде.

По щелчку невозможно устранить ту или иную проблему, тем более если она носит комплексный характер. Ведь нужно не только перестраивать людей на использование альтернативного топлива, но и решать вопрос с автопробками, которые усиливают концентрацию углекислоты в воздухе. И здесь очень важно взаимодействие как профильных министерств, так и муниципалитетов.

Жизнь продолжается

- Все знают, что лучшие фильтры воздуха – это деревья, зеленые насаждения. Но при всех стараниях сохранить их, увы, леса и парки подвергаются вырубке - под частную ли застройку, под строительство ли какого-то социально значимого объекта. На слуху история с возведением регионального перинатального центра, когда общественники активно возмущались тем, что на его месте было вырублено несколько сотен деревьев. Вы как относитесь к подобным ситуациям?

- Во всем должно быть рациональное зерно, обоснованность. Когда только планировалась эта стройка, несмотря на то, что Таманский лес принадлежит к категории городских лесов и не относится напрямую к компетенции минприроды, мы тоже участвовали в обсуждении этих вопросов. Место под строительство было выбрано исходя из логичных соображений: рядом находится реанимация, детское и взрослое отделения, это своего рода медицинский городок, в рамках которого роженицы и малыши могут беспрепятственно и оперативно получать необходимую медпомощь. Конечно, жаль вырубленных деревьев, но вырубка была осуществлена только под фундамент здания. Взамен были посажены другие участки - чуть ниже в Таманском лесу, в Юго-Западном районе г. Ставрополя, а весной посадки будут продолжены.

Очень важно, что власть сумела донести свою обоснованную позицию до населения. Но даже те, кто остался при своем мнении и продолжает судиться, возмущаться по поводу деревьев, через год-два, быть может, привезя в перинатальный центр свою жену или сестру, поймут, что место ему именно там, где он находится, потому что это удобно и оправданно.

Совсем другое дело, когда речь идет о незаконной вырубке, в том числе браконьерской. Губернатор поручил нам пронумеровать каждое дерево – в том же Таманском лесу, на улицах в самом Ставрополе, и даже в тех зонах федерального лесного фонда, в который человек может зайти. Если участок леса передается в аренду, там деревья тоже обязательно нумеруются. Все это продиктовано желанием сохранить зеленые легкие и иметь возможность контролировать их количество и воспроизводство, чтобы можно было спросить с ответственного: было дерево, куда оно делось?

В таких вопросах позиция министерства однозначна – все должно быть по закону. И здесь тоже огромную роль играет согласованность действий разных структур. Например, мы очень тесно взаимодействуем и с прокуратурой, и властями разных уровней. Достаточно сказать, что сегодня ни один генплан в городах не утверждается без участия специалистов минприроды, ключевые документы подобного рода обязательно согласовываются с нашим ведомством.

- Говорят, одни из лучших поглотителей углекислого газа – тополя. Раньше летом наши города были буквально «заснежены» тополиным пухом. Почему эти деревья постепенно исчезли?

- Да, тополь очень полезное для атмосферы, быстро растущее и неприхотливое дерево, но в то же время оно достаточно массивное, а древесина его весьма хрупкая. Поэтому когда выпадает много осадков и при этом воздух сотрясают сильные порывы ветра, ветки тополя моментально ломаются, само дерево может рухнуть, угрожая жизни человека, создавая опасность для линий ЛЭП, зданий, сооружений. Да, где-то в городах, возможно, по этой причине число тополей было отрегулировано, но их никто не вырубал системно и целенаправленно - где-то они продолжают расти, а какая-то часть постепенно усохлась, закончив свой жизненный срок. И на их замену пришли другие деревья – каштаны, сосенки, березы… Жизнь идет, все течет, все меняется. И это логично, что одна жизнь дает возможность появиться жизни другой, как в случае с тем же перинатальным центром.

Глас народа как мониторинг

- Крупные промышленные объекты, казалось бы, тоже в широком смысле дают нам жизнь. Они обеспечивают нас рабочими местами, производят различную продукцию, без которой трудно представить наше существование. Но в то же время именно они, особенно связанные с химической, топливной, энергетической индустрией, вредят нашему же здоровью, портят экологию. У нас в крае тоже такие объекты есть. Кем они контролируются и направляются ли платежи за негативное воздействие на окружающую среду на какие-то природоохранные мероприятия?

- Эти средства делятся на поселенческий, краевой, федеральный уровень и вкладываются в различные экологические мероприятия. Но дело в том, что в предыдущие годы работа по регулированию этих вопросов была сильно упущена. Когда некоторое время назад стали делить полномочия между федералами, между региональной властью, появилась некая неразбериха в подведомственности предприятий: а кто за что отвечает? В минприроды организована горячая зеленая линия - просим всех звонить нам, по всем вопросам, касающимся экологии, в том числе и если речь идет о негативном воздействии предприятий, а мы уже распределим, каким структурам и отделам заниматься той или иной проблемой.

Природоохранные мероприятия относятся к компетенции двух ведомств – федерального росприроднадзора и субъектового министерства природных ресурсов. В случае обнаружения фактов негативного воздействия на природу промышленных предприятий, естественно, надзорными и контролирующими органами принимаются соответствующие меры. Не так давно тема вредных сбросов поднималась в Невинномысске, в Благодарном. В этих городах производства, которые строились изначально под определенные мощности, постепенно расширяя свои линии, не учли, что это ложится дополнительным бременем на сети, на атмосферу, на водные ресурсы и так далее. В том числе и в этом разрезе нам важно тесно взаимодействовать со всеми профильными и смежными структурами, но и сами жители должны проявлять бдительность и активность.

- При краевом министерстве природных ресурсов действует Общественный совет, а еще вы сказали, что в работе часто приходится опираться на активистов, добровольцев. Да и вообще в последнее время в регионе появляется все больше общественных объединений, относящих себя к «зеленым». Люди действительно стремятся помогать охранять природу или это что-то напускное, модное увлечение?

- Жители края для нас – самые лучшие помощники. Особенно в пожароопасные периоды, когда нужно охватить огромные лесные площади. Лесников не хватает, мы привлекаем егерей, но и этого недостаточно. Тогда зовем волонтеров, и что удивительно – люди охотно откликаются, нам удается привлечь порядка двух тысяч человек! Это большое подспорье, потому что в инспекторский состав едва входит 20 человек, а такими силами очень трудно справиться. Конечно, еще лучше было бы, если б число волонтеров было не две, а двадцать тысяч, тогда работа велась бы в разы эффективнее. Надеюсь, общественная сознательность и активность со временем вырастет и до более крупных масштабов.

Что касается множества экологических общественных организаций – это тоже очень хорошо. Истина рождается в споре. И чем больше мнений, тем конструктивнее в итоге решение.

Очень показательно в этом смысле обсуждение злободневного законопроекта по Кавминводам, когда по многим направлениям позиции местных экологов-активистов и специалистов краевого минприроды были созвучны друг с другом. И вместе нам удалось добиться того, чтобы наши замечания были в конечном итоге учтены. Прежде всего – это обязательная экологическая экспертиза уже построенных объектов и тех, что планируется возвести в горно-санитарных зонах КМВ. Второе – оборот земли во всех трех горно-санитарных зонах в соответствии с разрешенными видами использования. Третье – лесной фонд. Сегодня у нас на территории КМВ свыше 10 тыс. га городских лесов, которыми практически никто не занимается, и 27 тыс. га федеральных лесов. И те, и другие до конца не размежеваны, что ставит под угрозу вообще сохранение этого потенциала. Сегодня, по крайней мере, в последних известных редакциях законопроекта, эти позиции нашли свое отражение. И это не может не радовать, ведь каждый гектар драгоценной своими уникальными ресурсами кавминводской земли необходимо сберечь для нынешнего поколения и для последующих. А для этого нужен внятный закон, регулирующий все процессы на Кавминводах.

Знаете, в деле сохранения и охраны природных ресурсов взаимосвязь с жителями бесценна. В том числе это касается живого мониторинга эко-ситуации на местах. У нас введена система ежемесячных выездных приемов граждан. Польза от такого общения колоссальная, потому что им, местным жителям, как никому, известны экологические проблемы изнутри. Недавно, например, был прием в Шпаковском районе, в Пятигорске, в Кисловодске.

Основная тема обращений – люди жалуются на несанкционированные свалки, на обилие мусора. Мы объясняем, что изменилось законодательство, что теперь полномочия разделены. Все, что касается сбора, вывоза, утилизации и переработки мусора – это функции минЖКХ, а контрольные мероприятия по соблюдению норм природоохранного законодательства – в ведении минприроды. Говорим, что вскоре должна заработать новая схема обращения с отходами, в разработке которой, кстати, участвовали и специалисты минприроды – в части обсуждения размещения полигона, системы вывоза. Но встречи не сводятся лишь к разъяснениям – после них каждый сигнал берется «на карандаш», выявленные проблемы поэтапно решаются как силами минприроды, так и с привлечением коллег из других ведомств.

Общественность сегодня очень активна, это нужно ценить и развивать. Я, например, приветствую идею, чтобы в каждом населенном пункте появился общественный инспектор, наделенный широкими полномочиями и правами. Ведь, к сожалению, зачастую человек видит нарушение, начинает писать жалобы, стучаться во все двери, как слепой котенок, но тщетно. А общественный инспектор бы составил оперативно протокол, привлек необходимых сотрудников из контрольно-надзорных органов, таким образом, совместно проблему можно было бы быстро устранить и виновного наказать. И рецидивов бы тоже стало меньше, потому что когда ты знаешь, что здесь, в том же месте, где ты живешь, за территорией неусыпный контроль, уже, образно говоря, рука не поднимется кинуть бумажку мимо урны, срубить дерево, засорить водоем.

Водные вопросы

- Как вы можете оценить состояние рек, речушек и родников края? Нам, жителям, важно понимать, насколько они безопасны?

- Эти вопросы очень часто поднимаются как раз в ходе выездных приемов, о которых я уже говорил. Водоохранные зоны, берегоукрепление, расчистка русел рек – все эти задачи были и есть в числе приоритетных для нашего министерства. И в первую очередь, повторюсь, в разрезе возможных рисков для населения из-за подтоплений и разливов.

К сожалению, главы поселений, люди на местах не до конца понимают, с чего надо начинать, чтобы водные объекты на их территориях были приведены в порядок. Мы говорим: «Ребята, заходите на наш сайт, изучайте, там полно доступной информации по абсолютно всем подобным вопросам, в том числе и специальный водоохранный раздел». Мало того, у нас в течение двух лет проходила водная инвентаризация на территории всего края, создана детальная геоинформационная карта, ключ доступа к которой есть в каждом муниципалитете. Каждый может открыть эту карту и посмотреть, что это за водоем, каковы его координаты, кто его хозяин и так далее.

С прошлого года мы приняли решение о создании экспертного совета, который будет рассматривать болевые вопросы по всем субъектам, поселениям, хуторам края. Совместно будем отрабатывать проектно-сметную документацию и привлекать федеральные деньги для решения водных проблем. А средства на эти цели выделяются внушительные, позволяющие ежегодно проводить серьезные берегоукрепляющие мероприятия, расчистку русел рек в нескольких населенных пунктах. Так, этой работой уже охвачены Петровский, Благодарненский, Труновский, Туркменский, Новоселицкий, Александровский районы. В нынешнем году планируем освоить еще три крупных проекта, связанных с берегоукреплением и строительством защитных дамб – в Зеленокумске (р. Кума), Невинномысске (р. Кубань) и Кисловодске (р. Подкумок).

Очень важный акцент должен быть сделан на установлении водоохранных зон. Пора систематизировать эту работу. Ни Федерация, ни субъекты не должны из года в год оплачивать последствия подтоплений. Нужно раз и навсегда определить водоохранную зону и четко дать понять, что в ее пределах ничего строить нельзя.

- Андрей Георгиевич, а если взглянуть на водоисточники с точки зрения экологии, в их загрязненности какой фактор превалирует: бытовой или техногенный?

- Примерно пятьдесят на пятьдесят, но в последние годы, к сожалению, в ухудшении состояния водных ресурсов все чаще виновато само население. В местах отдыха, да и зачастую близ своего же жилища кидают мусор в воду, выливают туда что попало. Мы видим и то, что активно идет индивидуальное строительство, при котором застройщики не сильно утруждают себя вопросами подключения к центральной канализации, предпочитая пойти по легкому пути и организовать канализационный слив в близлежащий водоем. Увы, это очень трудно отследить. А самое парадоксальное - люди не понимают, что вредят сами же себе! Ведь засорив сегодня ручеек, сбросив туда бытовые отходы или что-то и того хуже, завтра эта вода с накопителя придет в твою же квартиру, и ты ее будешь пить.

До красоты – рукой подать

- В последнее время активно говорят об экотуризме, кое-где уже обустроены так называемые экологические тропы. Как вы считаете, нужно ли это вообще людям и самой природе?

- Однозначно – да. Сплошными ограничениями мы можем получить обратный эффект. Мы сами, наши дети и без того непростительно мало бывают на природе, не очень-то много знают о ней. Если кругом будут запретные зоны, куда нельзя будет ступить ногой, скоро наше юное поколение будет думать, что хлеб растет на деревьях, не сможет отличить галку от вороны, ромашку от одуванчика.

Мы обязательно должны делать экологические тропы. И когда я рассказывал о создании особо охраняемых природных территорий, отмечал, что они формируются секторально. Если внутри заказника есть водоем, почему нельзя на нем порыбачить? Можно, а порой и нужно, но только в разумных объемах, без фанатизма. Точно так и с охотой, особенно в местах, где, например, количество хищника слишком велико – туда и надо направлять охотников. Это своего рода и регулятор процессов в природе.

Нужно организовывать зоны отдыха, создавать соответствующие условия для людей, отводить специальные места, где можно цивилизованно отдохнуть, полюбоваться природой – безопасно для самих себя и для окружающих ресурсов. И мы к этому плавно идем. Нельзя лишать наших детей этого удовольствия – услышать щебетание птиц, вдохнуть свежайший, безо всяких выхлопов и примесей, воздух, насладиться красотой цветов, деревьев.

- Андрей Георгиевич, наш журнал всегда слегка приоткрывает завесу личной жизни героев интервью. Раз уж мы заговорили о тонких материях, о великолепии природы… А вы сами где и как черпаете силы, набираетесь энергии?

- Для меня непревзойденный источник и сил, и здоровья, и энергии – это лес. В нем чувствую себя настолько хорошо, словами не передать! Я очень люблю лес, у меня к нему особое отношение, потому-то и столь нетерпимо воспринимаю удары по нему - когда вырубаются деревья, когда горят лесополосы, это все равно, что ножом по сердцу. Даже на Новый год в нашей семье не принято наряжать живую ёлку, только искусственную, потому что близкие знают и понимают мою позицию насчет вырубки деревьев. Иной раз, правда, подтрунивают надо мной, когда например, на приусадебном участке надо падалицу вырубить, смеются, спрашивают - накажу я или нет за это дело.

А почему такое трепетное отношение именно к деревьям, пожалуй, объясняется просто. Я коренной житель Ставрополья. Родился и вырос в селе Покойном Буденновского района, это самый что ни на есть восток края, где деревья чуть ли не на вес золота: если и вырастет одна скрюченная акация на одном гектаре, то это большая радость. Все остальное, куда ни глянь – степь, выжженная палящим солнцем. И только там, где дерево, есть жизнь – трава, птицы, насекомые, вода.

Все члены моей семьи, без всякого пафоса, – большие патриоты Ставрополья и поклонники отдыха именно в нашем регионе. Иногда выезжаем в гости к друзьям в соседний Краснодарский край, а вот заграничные курорты нас как-то не прельщают. Да и зачем куда-то ехать за тридевять земель, когда вот оно, великолепие, совсем рядом, только руку протяни: изумительной красоты родные поля, леса, реки, горы!

Очень хочется, чтобы ставропольцы точно так же любили и ценили наши уникальные природные богатства, берегли их. Ради себя и своих детей. Ради настоящего и будущего.

Елена Жигулина
Фото Виктора Нестеренко

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru